Никакая часть этого фрагмента не может публиковаться где бы то ни было без разрешения правообладателя.
***
Резиденция герцогов Бургундских, уютный зеленый городок, поистине французские улочки и кафе, фонтан в сквере Дарси и одноименная площадь, готический дворец и ратуша… Город не сопротивлялся. Вся Франция недолго сопротивлялась.
Она пришла в Дижон 17 июня 1940 года. Начиненная всеми видами современного вооружения того времени и передовыми способами массового убийства, почти годом ранее, 1 сентября 1939-го война охватила Польшу. А 22 июня 1941-го эта изуверски беспощадная тварь запустила щупальца в Россию, пожиная смерть и страдания руками людоедских эскадронов смерти, чинивших невиданные по масштабам карательные мероприятия.
Простые люди войну не выбирают. Со всеми ее многогранными ликами смерти.
XX век содрогнулся, и далеко неполная картина зверств Второй мировой приоткрылась всему миру только к 1945-м, вывернув наизнанку дикие области человеческого нутра. Широко раскрытым от ужаса глазам свидетелей, прямых и косвенных, в разных уголках планеты обнажились все мыслимые и немыслимые пороки людского рода. Шовинистически не замечая тот апокалипсис, что творился уже много лет в юго-восточной Азии, отдельные представители истеблишмента многих стран поначалу воротили свои кислые физиономии, идя на уступки и подписывая с дьяволом контракт за контрактом. Чернилами была кровь людей-пешек.
У части населения с приходом нацистов проснулись самые низменные животные инстинкты, какие не сможет описать в полной мере ни один искушенный мастер пера или выдающийся рассказчик. Вероятно, даже сам очевидец тех уродливых событий.
Кто-то обиженный, кто-то из мести или беспричинной ненависти сдавал соседей-евреев и коммунистов, хотя жил с ними рядом, здоровался, ел хрустящие булочки на углу, где цветет сирень, в кофейне Бертоля, недалеко от обувной мастерской Голана — ему, бородатому иудею горожане несли в починку свои башмаки, и тот правил их идеально, делая всем щедрые скидки, когда подступали тяжелые времена.
Другие, как это происходило в восточной окраине бывшей Австро-Венгрии, сами вызывались принимать участие в жутких избиениях и позорных прогонах обнаженных, беспомощных жертв. В том числе детей с проломленными черепами и торчавшими сквозь лопнувшую кожу, побелевшую от первобытного ужаса, костями… Их гнали по центральным улицам, на радость себе и на потеху «сочувствующим». Их били, били и били… Руками, ногами, дубиной, камнем… И пусть толпа лишь наблюдала, но и в ней выделялись довольные улыбки да блестящие глаза, с энтузиазмом смаковавшие развернутый на площадях и в тенистых двориках беспредел.
Ну что, получил свое, мерзкий жид?! И ты сейчас получишь, жидовка!
А помнишь, как ты не выдал мне чертову бумажку со своим козлиным штампом?!
А ты — не выдал мне займ! Всего какие-то крохи!
Это тебе за сына, которого ты посадил в тюрьму (плевать, что он вор, насильник и подонок!)
Посмотрите на эту голую еврейку, ее задницаподлетает и трясется на бегу, как пудинг! Ах-ха-ха-ха-ха!!! Беги, жидовка, беги! Драпай в синайскую пустыню, к Моисею! Ах-ха-ха-ха-ха!!!
Это вам за распятие Христа, сволочи!
И у гонимых не было мысли возразить: «Я никого не распинал, я даже не религиозный человек, я и про Моисея не так уж много знаю…»
А третьи с радостью записывались к немцам во вспомогательные отряды и лично проводили бесчеловечные экзекуции, трудясь усердно, не покладая рук, словно выполняли важный государственный план. И чем больше выполнишь, тем лучше станет твоя шкурная жизнь — наваристее, как человеческий жир, из которого делали мыло, и сытнее. А потом напивались и весело обсуждали между собой, с такими же могильными упырями, кто там и там подох:
«…Представляешь? Я еще одну пулю в башку ему пустил, а он все хрипит и хрипит. Патроны-то приказано экономить. В общем, плюнул я на это дело — пускай так закапывают».
Вся чернь вылезла на поверхность земли, и с помощью «нового порядка» сделала это легко и непринужденно. Вылезла из дерьма своей человеконенавистнической помойки — вонючей, убогой и завистливой, где крысой таилась в ожидании своего звездного часа, ибо не способна на большее, а потому принялась убивать «виновных» в своей никчемности. Этот звездный час настал для каждого мелкого, среднего и крупного повелителя унтерменшей. Настал с полной индульгенцией, с возможностью реализовать любые свои извращенные фантазии.
Бей жидов! Бей русских недочеловеков! Бей вообще всех славян — они не люди, особенно восточные, полумонголыхреновы! А еще цыган — они тоже не люди! А еще педиков и душевнобольных бей — они тем более не люди! Всю психушку в газовый фургон,и больных детей туда же — все равно они выродки, нечего портить гены!
А у этого кровь испорченная! А у того череп неправильной формы! Посмотри, да он же ублюдок, полукровка, бабушка, небось, жидовка, волосы-то кучерявые, черненькие! А нос! Ты посмотри на его нос! И на уши посмотри! Стопроцентный жид!
Гляди, у нас тут коммунист! Сейчас мы тебя вздернем, но сначала немного попытаем и втолкуем лекцию о вреде коммунизма!
Ты видел ее сиськи? А заросший еврейский лобок? Сейчас мы тебя научим любить Фюрера и Тысячелетний Рейх, швайне! Ах-ха-ха-ха-ха!!!
Черноволосая женщина по имени Анна, не красавица, но по-своему обаятельная, чья девичья фамилия была…
—
2019-2024 © Валерий Карибьян. Москва.
«Фарфоровые Куклы»
